Желание религиозной войны
  • Чтв, 09/04/2014 - 22:35
 
18 августа Патриарх Кирилл «обратился в Организацию Объединенных Наций, Совет Европы и Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе с письмом, посвященным многочисленным фактам грубого нарушения прав духовенства и верующих Украинской Православной Церкви в условиях вооруженного конфликта на юго-востоке Украины». За неделю до этого аналогичное письмо было направлено Патриарху Константинопольскому Варфоломею и всем православным предстоятелям. Тогда все комментаторы были согласны, что патриарх Кирилл пытается в канун интронизации нового главы УПЦ добиться от мирового православия поддержки своей версии событий. Версия эта полностью фантастическая, как и все российские интерпретации того, что происходит в Украине. Центральный пункт этой версии следующий: «Святейший Патриарх донес до высоких адресатов обеспокоенность Русской Православной Церкви попытками униатов и раскольников нанести вред каноническому Православию в Украине, пользуясь тяжелой ситуацией, сложившейся в результате военных действий на юго-востоке страны».
 
Все факты, приведенные в письмах, касаются случаев, когда священнослужители УПЦ пострадали в результате обстрелов или действий пехоты украинской армии. Ни к одному из трагических случаев не причастны капелланы из УГКЦ или УПЦ КП. Об этом есть соответствующие заявления, вполне обоснованные. В целом к капелланской службе привлекаются лица, которые дают обещание Украинскому государству и Богу заботиться об общем благосостоянии всех, заботиться только о своих верующих и ни делом, ни даже словом не допускать нетолерантного поведения относительно представителей других конфессий. Соответствующие нормы утверждены 5 июня 2013 года на заседании Совета по делам душпастырской опеки при Министерстве обороны Украины. Случаев нарушения этих норм не было и до событий на Востоке, тем более не существует сегодня. Напротив, все капелланы проявляли полную солидарность и взаимопонимание.
 
Патриарх беспокоится о священниках УПЦ, но в событиях на Востоке значительно больше пострадали священнослужители других конфессий. Чего стоит только случай с убийством четырех протестантских служителей в Славянске? Это не смерть в результате случайного попадания при обстреле. Это — целенаправленное убийство полностью в духе 1937-го года. Если же, кроме политической мотивации насилия над протестантскими служителями, будет доказана еще и религиозная мотивация — это будет вообще самый черный день в истории русского православия.
 
Но, возможно, этот день уже наступил? Ведь многочисленные перехваченные переговоры террористов из числа сотрудников ГРУ, ФСБ, «добровольцев» указывают на наличие религиозной мотивации. Мало того, эта религиозная мотивация вызывает критику у некоторых российских спецслужбистов, которые не хотят умирать за воплощение идей «русского мира» и «православный фанатизм». Эти трезвые головы различают православие как таковое и ту сектантскую идеологию, которая вбита в головы членам Русской православной армии, русским казакам и индивидуальным фанатикам.
 
Появляется вопрос ответственности перед историей и международным содружеством. Ведь не только маргинальные священники из глубинки и фанатичные публицисты, вышедшие из общества «Память», воспитывали все это поколение православных сектантов, которые уже не верят в Христово Евангелие, но верят в русскую империю как Абсолютное добро, а весь остальной мир считают абсолютным злом. Ближайшие соратники патриарха Кирилла разрабатывали идеологию «православной цивилизации», чьи ценности выше общечеловеческих и общехристианских. Это не какой-то священник из глубинки, но сам отец Всеволод Чаплин, председатель Синодального отдела РПЦ, отвечающий за связи с обществом, придумал следующую формулу: отдельный человек — не имеет никакой ценности, и высшая честь для него — погибнуть за православную цивилизацию.
 
Правда, сами идеологи не спешат в окопы Донбасса. Туда посылают обманутых и униженных. Еще в 2008 году РПЦ приняла документ о свободе и правах человека. В этом документе прямо говорилось о том, что не все имеют одинаковую свободу. Что не у всех должны быть одинаковые права. В религиозной оболочке воскресала старая советская схема. Якобы все равны, но некоторые «равнее», а некоторые — «щепки, что летят при рубке леса». Люди разных сортов, с разной свободой. Которая якобы зависит от праведности. А праведность в том, чтобы пожертвовать собой ради той же православной цивилизации.
 
Если оправдание и воспевание рабства стало официальной идеологией РПЦ — почему теперь удивляться появлению тысяч фанатиков из России, готовых умереть за идею? Странно, что этих фанатиков не миллионы. Слава Богу, что «Евангелие от Чаплина» не вдохновляет православный народ Украины и России. Ведь первый пункт кредо этого спикера РПЦ заключается в том, что «нам можно все, а вам — ничего». Чаплин оправдывает любое богатство церковного начальства. А его друг, отец Димитрий Смирнов, советует бедным прихожанам жертвовать РПЦ все, что они имеют. На телевидение к отцу Димитрию Смирнову звонит слушательница и спрашивает: «В Библии написано, что надо давать десятину, но Православная Церковь не требует этого, а сколько Вы благословите пожертвовать? — Все! — Как все? — Все что имеете, я ясно сказал!». Следовательно руководству РПЦ можно позволить себе любое богатство, а бедная женщина должна пожертвовать всем.
 
В этом странном мировоззрении народ — ничто. И отдельные священники не имеют в действительности никаких прав, а должны быть «рядовыми церковной армии», с которыми патриарх и епископы могут делать все что угодно. И делают. Достаточно посмотреть на сотни и тысячи случаев в России немотивированного лишения приходов, священного сана, запрещений в служении.
 
Конечно, сегодня руководство РПЦ разгневано. Православные предстоятели не поддерживают версию МП о том, что на востоке Украины идет война. Поэтому РПЦ протестует самостоятельно, направляя письма в ООН и другие международные организации. Задача-минимум — чтобы мировые СМИ не говорили о малайзийском самолете, но о протесте РПЦ. Задача-максимум — возмутить православный народ призывом «Наших бьют!».
 
Если бы последнее удалось, то в Украине вспыхнул бы религиозный конфликт по типу югославского. А именно: люди, которые меньше всего ходят в храмы, но имеют культурный тип причастности к УГКЦ и УПЦ КП с одной стороны и УПЦ с другой, — должны были бы бороться в новом противостоянии. Но идеологи РПЦ не учитывают нескольких украинских реалий. В сравнении с 1990-ми выросло в сотни раз толерантное отношение между верующими и священниками разных конфессий. «Промывание мозгов» не работает, если ты с представителем другой церкви работаешь вместе, твои дети ходят в одну школу, ты встречаешься на свадьбах и крестинах. В конце концов, ты с другими воюешь в одном окопе, и большинство среди военных на Востоке — это православные из УПЦ!
 
Не срабатывает даже попытка уничтожить толерантность через отождествление УПЦ с РПЦ, через разжигание борьбы «москальской церкви». Во-первых, УПЦ занимает собственную позицию, реалистичную и проукраинскую. Спикеры УПЦ заявляют о необходимости возвращения Крыма Украине. Собор УПЦ призывает к расследованию всех случаев агрессии против служителей всех церквей и религиозных организаций. Во-вторых, народ на местах понимает — даже если покидать УПЦ и переходить в УПЦ КП, то это надо делать спокойно и толерантно. Все случаи переходов, кроме одного (а таких фактов пока только пять!), были образцом спокойного и достойного поведения священников и мирян. А поэтому религиозной войны в тылу армии нет и не будет!
 
Чем больше РПЦ поддерживает агрессора, правда, в основном непрямо, тем меньше шансов на будущее у этой церкви. И не только в Украине. Но и в России, и во всем мире.
 
Юрий Черноморец
 
 
Категорії: 

Схожі матеріали